Местная православная религиозная организация
Если у Вас нет возможности посетить храм, Вы можете:
Московский Патриархат Белгородская и Старооскольская Епархия
Местная православная религиозная организация
Московский Патриархат Белгородская и Старооскольская Епархия
Если у Вас нет возможности посетить храм, Вы можете:

21-22 июля. — А в Переделкино вы приехать не можете?

21 июля.Дождливое утро встретило нас, когда после непродолжительного сна мы проснулись. Быстренько собрались и вышли. Ехали мы в одной машине – белгородцы все вместе – я, Ксения и Анна. На литургии людей было не меньше, чем вчера. Пока мы ждали батюшку, я рассмотрела храм и окрестную территорию. Когда зазвонили колокола, все стали с две линии, пока отец Илий шел в храм, мы брали у него благословение, и кто-то что-то успевал спросить. В этот раз я не смогла ничего спросить, но поняла, что батюшка уже мои вопросы узнал.

Наконец, отец Илий дал возглас, и началась служба. Службу, которую служил батюшка, я так никогда не переживала – все слова песнопений как-то иначе отзывались в моем сердце, глубже воспринимался смысл молитв и священнодействий. Тогда я решила, что напишу записку – все свои вопросы и имена за кого молиться я мысленно представила в уме и помолилась об этом. Потом началось Причастие, и после службы была прочитана молитва к Казанской иконе.

Тогда я подумала, что батюшка, наверное, устал и не будет уже ни с кем общаться. Но после проповеди он сам стал давать крест и люди по ходу задавали ему вопросы. В какой-то момент толпа стала давить сзади, и казалось, что мы можем опрокинуть друг друга и батюшку. В тот же момент меня вынесло прямо к отцу Илию и я прокричала свою просьбу. Потом толпа также вынесла меня обратно назад.

Я стояла уже довольная. Но на этом все не закончилось – я поняла, что должна сказать про Сестричество, хотя, наверное, батюшка уже все это видел. И вот, наконец, он переоблачился и вышел с охранниками. Сразу выстроился ручеек из людей от солеи до притвора и дальше там на улице. Я уже не могла отойти просто так и все ходила за батюшкой по пятам – но он, почему то не хотел на меня обращать внимания. А потом вдруг его охранник спросил:

— Кому нужны акафисты о болящих?

Конечно, все подняли руки. Но охранник опять сказал, что акафисты, только тем, кто будет их читать о больных. И тут я выкрикнула:

— Я из Сестричества, нам они нужны!

И мы пошли за акафистами в батюшкину машину. Тогда я почувствовала себя ребенком, которому дали воздушный шарик ! С большой коробкой я подошла к батюшке под благословение – я из Сестричества, из Белгорода, благословите мне эти акафисты. Батюшка внимательно на меня посмотрел и сказал:

— А в Переделкино вы приехать не можете?

Я растерялась тогда и ничего не сказала, батюшка переспросил, откуда я и куда еду, и уже потом отпустил меня с миром.

Такое было у меня счастье тогда на душе! Так было хорошо, была полная удовлетворенность и спокойствие. А народ все еще шел и спрашивал, батюшка уже подходил к машине и садился. Когда он поехал, мы снова все вместе проводили его как родного.

В монастырь мы вернулись уже после обеда, и пошли по келиям, а потом на трапезу. После трапезы мне дали послушание в огороде с чесноком, трудница Маша мне в этом хорошо помогла.

Вечерняя служба в монастыре прошла незаметно, монахини очень обрадовались, что я приехала, расспрашивали, чем я занимаюсь. Я рассказала про Сестричество в Белгороде, и оказалось, что их монастырь тоже посещала великая княгиня преподобномученица Елисавета Федоровна.

22 июля. День отъезда.

После литургии, трапезы и чина о панагии, я пошла собирать вещи. Монахини очень звали меня приезжать еще, когда будет батюшка. Маша и Ксения, с которыми мы успели сдружиться, не хотели меня отпускать. Да и самой мне хотелось побыть еще в этом тихом благодатном месте.
Но в Белгороде меня уже ждет мое послушание в Сестричестве, поездка в Дивеево и много дел во Славу Божию.

Очень надеюсь и жду, когда мы с Сестричеством сможем побывать у отца Илия и получить от него молитвенную помощь и еще что-то полезное для нашей деятельности. Господи, услыши нас грешных!