Местная православная религиозная организация
Если у Вас нет возможности посетить храм, Вы можете:
Московский Патриархат Белгородская и Старооскольская Епархия
Местная православная религиозная организация
Московский Патриархат Белгородская и Старооскольская Епархия
Если у Вас нет возможности посетить храм, Вы можете:

Педагог от Бога в хосписе или Значит буду умной

Жара. Июнь. Вторник. День вознесения молитвы Архангелу Гавриилу и посвящен славному пророку Предтече и Крестителю Господню Иоанну, а еще для меня лично — это Святой день посещения моих подопечных в хосписе. Молюсь. Еду. Знаю, ждут, как никто другой. Сегодня, наконец-то, смогу выполнить обещание и выйти на прогулку в сквер с Екатериной Алексеевной, одной из немногих живущих там, которая, как говорят здесь «ходячая». И именно живущая, а не доживающая свой век престарелая женщина. Что может быть страшней одинокой старости? Старость в хосписе? Или Дом Престарелых? Нет! Старость без Бога!!! Вот это — страшно! Живут под одним и тем же Небом разные люди и всех их в итоге ждет один и тот же финал. Сначала может показаться, что люди эти очень похожи друг на друга. Но если присмотреться, и пообщаться, то разница сразу бросается в глаза.

У нас в городе, да и в стране мало знакомы с системой хосписов, многие воспринимают их как место боли и страдания, куда привозят умирать пациентов на последней стадии онкологического заболевания. А что же на самом деле представляет собой хоспис? Английское слово “hospitality” (гостеприимство) происходит от старофранцузского “hospice”, что означает: странноприимный дом. В средневековых монастырях принимали гостей; больных, обездоленных, и умирающих. Современный хоспис — это место приема больных, место, где жизнь продолжается в трудных обстоятельствах, где человек живет, а не умирает, где больного окружают заботой и позволяют достойно умереть.

Если бы я этого не понимала, не знала, и не видела бы сама, я не смогла бы служить этим людям, ставшими мне близкими и родными духовно. Ведь в дореволюционной России существовало нечто подобное, и прежде всего — Марфо-Мариинская обитель, служение которой было аналогично «хосписному». Различие же в том, что обитель была и есть церковное учреждение, а современные хосписы — государственные.

Итак, еду. Молюсь. Настроение может быть любым, но всегда остаются ответственность. Захожу в Дом. В Гости. Комната №4. Стучу в дверь. Всегда. В эту. Отвечает Наталья. Екатерина Алексеевна ( далее Е.А) глуха на одно ухо. Профессиональное. Она педагог. Русский язык и литература.

— Мир Вашему дому, — говорю.

— С Миром принимаем, — в ответ.

Всегда радостно. Я люблю приходить в гости к этим женщинам. Молодой и престарелой. Лежащей и ходящей. Радуемся друг другу искренне.

— Я за Вами Е.А. Сегодня идем гулять на улицу. Обещала.

По-моему мне хочется больше, чем ей. Хочется слушать ее размеренную, умную и поставленную речь педагога от Бога. Сейчас так не говорят, нет таких оборотов с чисто славянскими словосочетаниями и в то же время аристократической речью. Наслаждаюсь. Сейчас скажет, чисто по-детски, искренне: «Какая Вы красивая! Наверно у Вас куча поклонников?!»

И всегда только на Вы. Мы с Наташей переглядываемся, улыбаемся. Она это всем говорит. Но говорит так, что я ощущаю себя единственным важным для нее человеком в этот момент. Она полностью отдается общению с тобой. Дар от Бога. Еще один. Молимся. Берем разрешение у врача на прогулку, до обеда должны вернуться. Лестница. Выход. Идем по направлению к храму святого праведного Иоанна Кронштадского. Не дошли. Сели на лавочку у подъезда. Самые яркие воспоминания — из детства. А что было вчера, утром и даже час назад, память уже не удерживает.

Е.А. 81 год, родом она из Тамбовского края. Она третий ребенок в семье. Старшие брат и сестра. Однажды мама привезла детей в город, погулять с ними. Кате было годика четыре.

— Мама встретила подругу, — рассказывает мне Е.А. Стоят, разговаривают, потом подруга обращает внимание на нас, детей. Какие красивые у тебя дети! — смотрит на брата и сестру, потом видит меня. А это кто, такая страшненькая?!

И потом Е.А. всю жизнь считала себя не красивой, а всех вокруг видела красивыми. Она не обиделась, не умела. Ее чистое детское сердце просто этому поверило. И любила старших брата и сестру еще больше. И за это Господь наградил ее даром к учебе. Она ей легко давалась, в четыре года она сама выучила алфавит и читала по учебникам старших детей. Решила, что раз не красивая, то буду умная. И не ошиблась.

Со своим будущим мужем-красавцем (поняли, да, у нее всегда все были и есть красивые, кроме нее самой, как была уверена) военным познакомилась через свою одноклассницу Клаву, которая всегда расхваливала Катю (круглую отличницу и спортсменку) своему старшему брату. И когда закончила педагогический вуз муж увез Катю в Среднюю Азию в Ташкент. Там она, пока служил муж, успела закончить аспирантуру и ее взяли преподавать в этот же вуз. Потом была Африка, и там она нашла себя, учила русскому языку специалистов для работы в Союзе. Родился сын Юра, который ушел из жизни будучи подростком. Уже в Белоруссии, в Минске. Была личная семейная трагедия и она оставила мужа, хотя продолжали общаться. В Белгород ее привезла родная племянница, дочь ее старшей сестры. На вопрос почему она Вас сюда определила отвечает с любовью и пониманием, что на всю себя посвятила работе на одном месте, где ее очень уважают и ценят. Даже семьи не создала. Она до сих пор работает и не может за мной ухаживать.

— А где Ваш муж сейчас? — спрашиваю.
— Не знаю. Но когда племянница меня забирала в Белгород, очень просил меня взять его с собой. А куда я его возьму? Я сама не знала куда еду. — отвечает она.
— Как Вы попали в хоспис, почему?
— Не помню, было давление. Проснулась в чужой кровати, в больничной палате. И думаю, ну что же надо и здесь обживаться. Вот живу, — говорит без обиды, без боли и надрыва душевного. Она все это уже давно когда-то пережила и решила для себя, как тогда в детстве: значит буду УМНОЙ!

Продолжение следует…

Автор: сестра милосердия Марина Кузнецова
📸На фото: сестра милосердия Марина Кузнецова с подопечной Екатериной Алексеевной